На правах рекламы:

Мебель для ванной комнаты на заказ, g в москве

Литературно-художественный альманах

Наш альманах - тоже чтиво. Его цель - объединение творческих и сомыслящих людей, готовых поделиться с читателем своими самыми сокровенными мыслями, чаяниями и убеждениями.

"Слово к читателю" Выпуск первый, 2005г.


 

 Выпуск шестой

 Сибирь – Казахстан

Патриотизм живой, деятельный именно и отличается тем, что он исключает всякую международную вражду, и человек, одушевлённый таким патриотизмом, готов трудиться для всего человечества, если только может быть ему полезен.

Николай Александрович Добролюбов

Маргарита Маданова

ИСТОРИЯ ДУХОВНОГО ОБЩЕНИЯ КАЗАХСКОГО И ФРАНЦУЗСКОГО НАРОДОВ

Вполне очевидно, что одной из наиболее характерных примет нашего времени является необычайно возросший интерес к истории, культуре и языку родного народа. При этом мы всё чаще познаем своё прошлое не только из собственных преданий, письменных и устных свидетельств и документов, но и из зарубежных источников. Весьма обширную информацию в этом плане представляют материалы французских авторов XIX столетия.

Парижский профессор читает лекции по истории тюркских народов в знаменитой Сорбонне, планы строительства железных дорог в Туркестане приковывают внимание французских учёных, инженеров, писателей и простых туристов, в далёкий трудный путь по Западной Сибири отправляются не только экспедиции исследователей, но и отдельные отважные путешественницы – эти и другие интересные факты основаны на многочисленных документальных источниках, речь о которых пойдёт ниже. Существует достаточно впечатляющее количество фактического материала из истории общения двух народов. Пожалуй, одной из наиболее уникальных коллекций является собрание видного дореволюционного библиографа В.И. Межова «Туркестанский сборник», в которое вошло более 400 томов материалов по Средней Азии, Казахстану и Западной Сибири, извлечённых из газет, журналов, книг на русском, английском, немецком, французском, итальянском и других западноевропейских языках, вышедших в свет с 1780 по 1888 год. В дальнейшем эта работа была продолжена последователями В.И. Межова, которые составили ещё около 200 томов и довели этот труд до 20-х годов нынешнего века. В настоящее время уникальная коллекция «Туркестанского сборника» (около 600 томов) хранится в Государственной библиотеке им. Навои (г. Ташкент). В ней представлено огромное количество материалов на французском языке, которые свидетельствуют о том, что информация о казахском народе поступала во Францию на протяжении всего прошлого столетия почти непрерывно по самым разнообразным каналам.

Французская аудитория черпала многочисленные сведения о населении обширного региона Средней Азии, Казахстана и Западной Сибири из энциклопедических, справочных, научно-популярных изданий, из трудов учёных-востоковедов, географов, этнографов, антропологов, историков, из переводной литературы с русского, английского, немецкого и других европейских языков, из рукописей восточных авторов, из реляций западных коммерсантов, дипломатов, миссионеров и т.д. Наконец, самым популярным источником сведений для широкого круга общественности служили дорожные записи, дневники и очерки путешественников, которые давно получили во французском литературоведении статус художественно-публицистического жанра «путешествий», имеющего ярко выраженную познавательную ценность.

Согласно энциклопедическому определению, «путешествие» – это литературный жанр, в основе которого лежит описание путешественником (очевидцем) достоверных сведений о каких-либо, в первую очередь, незнакомых или малознакомых читателю странах, землях, народах в форме записок, заметок, дневников (журналов), очерков, мемуаров [1].

Следует отметить, что в западноевропейской литературе история жанра «путешествий» чрезвычайно богата традициями. Особый переломный период в эволюции жанрообразующей структуры «путешествий» начинается в ХIII столетии со знаменитой «Книги» Марко Поло, с реляций Плано Карпини и Гильома Рубрука. Интенсивное обогащение жанровых традиций литературы путешествий происходит в эпоху Великих географических открытий ХV-XVI веков и продолжается в последующие столетия, достигая наивысшего расцвета и разнообразия жанровых форм в XIX веке.

Во французской литературе традиции жанра не прерывались и, начиная с эпохи Возрождения, были представлены лучшими произведениями классиков французской и мировой литературы. Отдельные формы и приёмы, а также сама тема путешествий встречаются в бессмертных творениях Рабле, Сирано де Бержерака, Монтескье, Вольтера, Руссо, Шатобриана, Ламартина, Теофиля Готье, Жерар де Нерваля, Мериме, Стендаля, Жюль Верна и других.

Закономерно, что вояжная литература, имеющая славную историю развития и широко представленная во французской классике высокими образцами, была признана органически неотъемлемой и важной составной частью всей французской художественной литературы и получила достаточно полное освещение во французских литературоведческих работах, наравне с другими жанрами эпической прозы. Особенно большое внимание литературе путешествий уделяют французские исследователи-компаративисты, которые «заложили основы всего современного западноевропейского и американского сравнительного литературоведения» [2].

Признание авторитета французских компаративистов предполагает доверие ко многим положениям их теоретических разработок. Так, в книге видных учёных К. Пишуа и А.-М. Руссо «Сравнительное литературоведение» (Париж, 1967) вполне аргументировано обосновывается роль путешествий и путешественников в развитии межнациональных связей и межлитературных контактов; этому посвящены целые главы.

Другой французский исследователь Пьер Мартино, перечисляя в своей работе «Восток во французской литературе XVII и XVIII веков» (Париж, 1906) основные источники знаний о восточных народах и странах, в первую очередь называет именно путевые записи, отмечая при этом, что «они были первыми и остаются единственными источниками информации о Востоке; образ, создаваемый ими, можно сказать, даже определяет всю последующую литературную традицию восприятия Востока» [3].

Итак, совершенно очевидно, что французские литературоведы придают большое значение художественному опыту «путешествий».

В целом, французская вояжная литература несколько раньше и ярче выразила те общие тенденции, которые были характерны для бурного развития этого жанра во многих европейских литературах в XIX веке. Главной особенностью этого процесса явилось усиление взаимовлияния научно-документальной и художественной прозы, размывание границ между документально-дневниковыми описаниями реальных путешествий и чисто условными, литературными «путешествиями», всё больший переход путевых очерков в ёмкую литературную форму и обогащение их всеми приёмами и художественными достижениями большой и малой прозы.

Яркий след в истории общения французского и казахского народов оставили путевые записи, дневники и очерки французских путешественников – Г. Бонвало, Г. Капю, Э.-М. де Вогюэ, Н. Нея, Э. Буланжье, В. Мейнана, Э. Котто, К. Серены, Ш.-Э. де Уйфальви-Бурдон, Д. де Рэна, Ф. Гренара, Э. Блана, отразивших на страницах своих книг казахскую действительность прошлого столетия. Разделяя мнение французских теоретиков сравнительного литературоведения о значении путешествий, можно с полным правом утверждать, что эти авторы оказали огромное влияние на пробуждение интереса, характер ознакомления, формирование определённого образа казахского народа среди соотечественников.

Указывая на литературу путешествий как на наиболее популярный, доступный, живой и занимательный источник информации о жизни далёкого народа для широкой аудитории французских читателей, следует также отметить, что её рост тесно связан не только с развитием всего художественно-литературного процесса во Франции, но и состоянием таких научных дисциплин как география, этнография, история, востоковедение.

Действительно, многие французские путешественники, писатели и журналисты публиковали свои дорожные записи и очерки на страницах печатных органов Парижского азиатского общества и Парижского географического общества, выступали с докладами в их научных центрах, поддерживали личные контакты со многими известными востоковедами и географами. Как известно, французское востоковедение на протяжении всего XIX века пользовалось высоким авторитетом в научном мире. Не случайно состоявшийся в 1873 году I Международный конгресс востоковедов проходил именно в Париже. Его созыв был крайне знаменателен, в то же время он придал новый импульс изучению Востока. Среди прочих работ на этом форуме были представлены серьёзные исследования по истории населения Туркестана, в частности доклады Ф. Саламона «Урало-алтайские языки» и Л. Каёна «Доисторические поселения и миграции туранских народов» [4]. Вопросы прошлого и настоящего тюркских народов стояли в повестке дня и других последующих съездов ориенталистов; доклады и другие публикации востоковедов доносили до общественности Франции сведения и о казахах.

Однако по сравнению с востоковедами гораздо более непосредственные контакты и большой охват аудитории был характерен для французских географов, которые к концу века создали свою оригинальную и весьма влиятельную школу в русле мировой науки. Как отмечает исследовательница О.А. Александровская: «Развитие французской школы на рубеже XIХ-XХ веков – одна из наиболее ярких страниц истории французской географии, когда она оказала существенное влияние на развитие географии в других странах мира» [5].

Органичное развитие в контексте этой школы получила традиция географических энциклопедий, яркие образцы которых были представлены в творчестве просветителей-энциклопедистов XVIII века. Но в анналах истории сохранилось еще более ранее издание, чем энциклопедия Дидро, а именно «Восточная библиотека» д’Эрбело (1697г.), представляющая собой обширное собрание сведений, извлечённых из рукописей мусульманских авторов.

Подлинный триумф географической школы на рубеже веков был также обязан целому своду энциклопедий французских ученых: Мальт-Брёна, Эйрие, Видаль де ла Бланша, Вивьен де Сен-Мартена, Элизе Реклю. Известно, что в многотомной «Всеобщей географии» Элизе Реклю собраны отдельные сведения о казахах.

Отметим ещё некоторые важные моменты в панораме общения двух народов. Особо подчёркивая, что эти связи протекали в русле многовекового и содержательного диалога Востока и Запада, резко оживившегося в XIX веке, необходимо заметить, что исторической точкой отсчёта взаимоузнавания и взаимовлияния культур стала великая буржуазная революция 1789 года.

Французская революция 1789 года, ознаменовавшая переломный момент в истории человечества, вовлекла в единый водоворот истории многочисленные народы Запада и Востока. В то время как новые капиталистические отношения, плоды научно-технической революции, западная цивилизация и культура стали проникать на Восток, европейские поэты, философы и другие деятели культуры обратились к духовному наследию народов Азии, стремясь освоить их и достичь в своём творчестве западно-восточного синтеза.

В этом процессе духовного движения Запада и Востока навстречу друг другу на обоих концах потока происходили значительные явления. Народы Азии, осознавая новую историческую реальность, обратили мысленные взоры к Европе, а их духовные и идейные лидеры стали осваивать европейскую культуру. В этих условиях закономерно возникло движение просветительства, представителями которого стали люди, вышедшие из недр самого восточного общества, всеми узами связанные с историей и культурой родного народа и в то же время устремившиеся к освоению зарубежной литературы и культуры. В своей просветительской деятельности и в творчестве они также создали своеобразный восточно-западный синтез духовных, мировоззренческих, эстетических ценностей, который стал залогом дальнейшего развития их родной культуры в новых исторических условиях.

Несмотря на определённую специфику кочевого, патриархально-феодального уклада жизни, казахское общество было также подчинено общим закономерностям развития народов, сломивших перегородки средневековой замкнутости и шагнувших в новую историческую реальность с её необычайным оживлением интернациональных и международных взаимоотношений и взаимосвязей в самых различных областях материальной и духовной жизни – в экономике, политике, культуре и т.д.

Духовное наследие видных казахских просветителей – Чокана Валиханова, Ибрая Алтынсарина и Абая Кунанбаева наглядно демонстрирует не только широкий диапазон их обращения к европейской культуре, но и принципиальный, целенаправленный характер этого обращения. Ввиду того, что из дошедших до нас письменных источников наиболее полно среди просветителей представлено лишь творчество Чокана Валиханова, именно его духовное наследие явилось наиболее показательным, и эти материалы убеждают, что, обращаясь к Европе, Ч. Валиханов уделял особое внимание истории, науке и культуре Франции, которая после буржуазной революции 1789 года ещё долгое время оставалась центром европейской культурной жизни.

В целом взаимопроникновение сведений о Казахстане во Франции в XIX веке носило достаточно систематический характер, и этот процесс был двусторонним даже на примере отдельных личностей. Так, Ч. Валиханов, который читал в оригинале французскую научную и художественную литературу, сам обрёл известность среди востоковедов, географов и других учёных. Его имя упоминается в научных трудах Э. Реклю, Ш.-Э. де Уйфальви, Г. Бонвало, Г. Капю, Ж.-Б. Пакье и др.

Другим примером двусторонних связей служит жизнь и творчество А. Дюма-старшего. Его романы были известны в Степном крае благодаря Абаю. В то же время знаменитый романист сам побывал в казахских землях в середине XIX века и донёс до земляков свои живые впечатления в путевых очерках о жизни кочевников.

Ещё одним примером может служить творчество Элизе Реклю. Он был знаком с работами Ч. Валиханова, популяризировал разнообразные сведения о населении и природе казахских земель. В казахской аудитории его научное наследие пропагандировалось Ибраем Алтынсариным, который рекомендовал для изучения казахской молодёжи его книги.

Историко-литературные связи продолжались в ХХ-ом веке. Казахская литература постоянно обращалась к французской художественной литературе, при помощи переводов обогащая своё содержание и мастерство и осваивая лучшие достижения французских авторов. Отдавая дань демократическому революционному опыту французского рабочего движения в период бурного переустройства общества, С. Сейфуллин создал, по образцу гимна Руже де Лиля свою «Марсельезу казахской молодежи»; Ж. Аймаутов, а затем И. Джансугуров перевели знаменитую песню Эжена Потье «Интернационал». На казахском языке представлено огромное множество шедевров, созданных такими классиками, как Бальзак, Стендаль, Дюма, Мериме, Золя, Мопассан, Верн, Франс, Барбюс, Аполлинер и др.

В то же время на французском языке вышли такие крупные произведения казахской литературы, как «Путь Абая» М. Ауэзова, «Кровь и пот» А. Нурпеисова. В последние годы были переведены поэтические сборники О. Сулейменова «Глиняная книга» и «Трансформация огня».

Огромный вклад в развитие двусторонних связей вносят французские учёные, изучающие казахскую литературу и культуру. Известные исследователи Александра Беннигсен и Шанталь Лемерсье-Келькежей опубликовали в Париже сборник «Печать и национальное движение мусульман России до 1920 года», который открывает малоизвестные для нас самих страницы истории казахской общественно-публицистической литературы рубежа веков, тем самым восполняя значительный пробел в нашей истории. В этой фундаментальной работе мы встречаем имена давно признанных, недавно открытых, а также до сих пор не реабилитированных представителей казахской интеллигенции: Ч. Валиханова, Абая, Шакарима, М. Дулатова, А. Букейханова, А. Байтурсынова, М. Сералина, Ш. Букеева, О. Карашева, М. Жумабаева, М. Шокая, М. Тынышбаева и др.

«История мусульманского движения, – справедливо отмечают французские авторы, – оставалась малоизученной из-за отсутствия доступа к документам: только они, взятые все вместе и изученные в совокупности, могли раскрыть взгляды инициаторов этого движения. Среди таких документов наиболее распространённым источником, бесспорно, является мусульманская периодическая печать, почти современница первых мусульманских реформаторов России. Она – зеркало, в котором отражается вся жизнь мусульманского общества предреволюционного периода, жизнь сложная, широко открытая внешнему миру и в то же время оказывающая громадное влияние на другие мусульманские страны.

Именно на страницах периодических изданий мусульманские лидеры, будь то консерваторы, либералы или социалисты, излагали со всей искренностью и непосредственностью свои мысли. <> Интерес к мусульманской печати носит не только политический характер, она интересна и в культурном аспекте. Произведения самых известных мусульманских писателей печатались на страницах литературных журналов. Многие из них с тех пор не переиздавались. И, наконец, пресса – почти неистощимый источник для изучающих этнографию, фольклор, филологию, социологию и даже экономику мусульман России» [6].

Этот содержательный материал А. Беннигсена и Ш. Лемерсье-Келькежей в переводе Б.И. Садыковой свидетельствует о пристальном интересе к истории казахов во Франции. Благодаря стараниям той же переводчицы мы получили представление и о второй их книге «Забытые мусульмане», фрагмент из которой напечатан в газете «Панорама». Здесь отмечалось, что «публикация книги… будет иметь значение не только литературного характера. Этот труд, впервые увидевший свет в парижском издательстве Francois Maspero в 1981 году и посвященный истории жизни мусульманских народов тогда ещё Советского Союза, все эти годы входит в библиографические справочники мировой литературы об исламе, его изучают в крупных университетах Америки и Европы» [7].

Ещё одним любопытным примером может служить ежемесячный научно-популярный, литературный и общественный журнал «Мусульманин», выходивший в первые десятилетия нашего века в Париже и рассчитанный на кавказских, среднеазиатских, казахских, татарских иммигрантов во Франции. В одном из номеров, в частности, печатался этнографический очерк нашего земляка Садыка Бейсалиева «Степь и её обитатели», в котором описываются колоритные картины родной природы, весенней степи [8].

В целом воссоздание картины казахско-французских связей в прошлом веке помогает лучше понять их современное состояние, их историческую обусловленность и преемственность. Традиции духовных взаимосвязей, постоянно усиливавшиеся в прошлых столетиях, продолжают развиваться и укрепляться в наше время, особенно в последние годы.

Список использованной литературы

1. Литературный энциклопедический словарь. М., 1988. С.314.

2. Конрад Н.И. Проблемы современного сравнительного литературоведения / Известия АН СССР, отд-е лит. и яз. М., 1959. Т. XVIII. Вып. 4. С.319.

3. Martino P. L’orient dans la litterature francaise au XVII-eme et au XVIII-eme sciecles. Paris: Hachette, 1906. P.45.

4. Salamon F. Les langues ouralo-altaiques; Cahun L. Habitat et migration prehistorique des races dites touraniennes // 1-e Congres international des orientalistes: Comptes rendus de la 1-e session. Paris, 1874. N.1. P.421-422; P.431-441.

5. Александровская О.А. Французская географическая школа конца XIХ – начала XХ века. М., 1972. С.6.

6. Беннигсен А., Лемерсье-Келькежей Ш. Пресса и национальное движение среди мусульман России до 1920 года // Алем (альманах). Вып. 1. Алматы, 1991. С.159-160.

7. Беннигсен А., Лемерсье-Келькежей Ш. Забытые мусульмане // Панорама. Январь (№2), 1993. С.7; Январь (№ 3), 1993. С.7.

8. Бейсалиев С. Степь и её обитатели // Мусульманин. Париж, 1911, №24. С.47-51.